САТАНОВСКИЙ МОЯ ЖИЗНЬ СРЕДИ ЕВРЕЕВ СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

Что-то досталось от родителей. Если же эти предложения не подходят, единственное, что остается, воткнуть себе свою к ним неприязнь в причинное место. Вот родился ты и был приятным во всех отношениях младенцем, а потом вырос — все вырастают, в конце концов, и большинство этого даже хочет и ждет. В том числе туда, где евреев отродясь не бывало и их еврейским духом не пахло. Слишком долго евреи существуют.

Добавил: Kabar
Размер: 27.92 Mb
Скачали: 62125
Формат: ZIP архив

Подписаться

Эта книга закончена через год после предыдущей — с полугодовым опозданием по сравнению с графиком, который был согласован среид издательством. Не то чтобы автор полагал, что без этой, третьей за короткое время стопки бумаги, испорченной им для ЭКСМО, миру станет много хуже и он от этого сильно пострадает.

Тем более что на повестке дня и так стоял конец света, назначенный всемирной корпорацией жуликов на 21 декабря года для готовых к ним прислушаться идиотов, в соответствии с окончанием очередного календарного цикла древних индейцев майя.

Но организм оценил результаты предыдущего периода работы и решил дать сбой. Нормальная летняя серия операций — сердце, ноги… В предыдущий раз, сразу после подписания договора на серию из пяти книг, отказали. Близорукость, заработанная еще в детстве чтением Жюля Верна и капитана Майн Рида под одеялом с фонариком, начала стремительно прогрессировать.

Поскольку инженер тогда получал гроши — в качестве рабочего.

Другие книги автора

Помесь гориллы с беговой лошадью. Много бегаешь, много работаешь руками и всегда есть шанс не вернуться со смены живым, поскольку с техникой безопасности не просто плохо, а вообще никак. Помнится, за жпзнь полгода го из родного сортопрокатного цеха вынесли девять покойников.

Но много и получаешь. Рабочие вообще получали при советской власти не в пример инженерии.

За что, как говорили, могли дать пару хизнь. Родина любила своих сыновей и заботилась о том, чтобы каждый из них находился на отведенном ему месте. Автор этого не проверял, тем более что горячий стаж зарабатывал сам, но на медкомиссию к окулисту ходили.

Иначе черта с два его бы к этой работе подпустили. А что было делать инженеру с семьей в Советском Союзе? Ну, можно еще было быть техническим гением. Папа, с его сорока патентами и лицензиями, как раз им и.

Благо продали эти изобретения в 60—е годы куда только. Во Францию и США. В Алжир и Китай. В Германию и Великобританию. И оттуда папе долго приходили рождественские открытки с Фудзиямой и иероглифами.

Моя жизнь среди евреев. Записки бывшего подпольщика (Евгений Сатановский, 2013)

Страна за его оборудование получила в итоге, судя по сохранившимся в семейном архиве бумагам, то ли 46, то ли 49 миллионов долларов.

Из которых папе было выплачено в общей сложности тысяч 20 рублями и, в е годы, столько же чеками. Помнится, одно из изобретений ушло государству за 20 голландских гульденов, которых, естественно, изобретатели в глаза не видели. Продашь государству изобретение ни за грош, тогда его внедрят, а тебе дадут чуток рублей. Предварительно вписав в список создателей директора, секретаря парткома и прочее начальство по потребности.

Сорвалась вся эта карусель только один раз, когда трое авторов за особенно ценную работу были поданы на Ленинскую премию.

  РАДА РАЙ И ХОРАЛОВ МНЕ БЕСКОНЕЧНО ЖАЛЬ СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

Список причастных тогда разбух до неприличного размера, и его надо было сокращать. Вот их и сократили. Кто были такие по советской табели о рангах Мясоедов, Карпека и Ян Сатановский?

И звать их было никак. И перебились бы, если бы список в ЦК не попал на стол к Анатолию Манохину лично.

Кто помнит — был такой человек. По всем понятиям системы — Большой Босс. А поскольку учился он в свое время вместе с отцом и у него списывал, хорошо знал, кто есть кто и кто чего стоит. В общем, Ленинскую не получил. Поскольку дружба — она и в Африке дружба.

Вне зависимости от того, кто вышел в большие начальники, а кто так, головой и руками на хлеб зарабатывает. Так что, если не учитывать привходящих непредсказуемых факторов, вроде вышеописанного, хор-рошая была система. Справедливая, аж сил. Слишком жирно для простого главного конструктора. Да и вообще он за границей ни разу не.

В Англию сам отказался — времена были еще. В Китай Б-г упас, там как раз началась культурная революция. Опять-таки он удачно отвертелся от статьи о нем в Большой советской энциклопедии.

Тоже была гарантия прогулки в места не столь отдаленные. После очередной чистки рядов подписчикам приходила новая, политически правильная страница без описания биографии разоблаченного врага народа или вредителя, с указанием, в сатановскиий именно том вставить, на место исходной. Ту, первую страницу надлежало вырезать и уничтожить.

Чтобы и следа не осталось в истории страны от коварного врага, замаскировавшегося под нашего человека. И да здравствует Советская власть и лично товарищ Сталин. Который, Дмитрий Трофимович, был в пору раннего детства автора соседом по подъезду на Кутузовском, жил на этаж ниже, на шестом, и до самого своего восстановления в партии — уже при Брежневе, пока жизньь переехал в положенный по старому-новому статусу дом, с авторской бабушкой дружил.

Благо при Хрущеве папе, как человеку сугубо городскому, удалось послать подальше инициативу партии и правительства по переброске инженерных кадров на руководство целинными совхозами.

Please turn JavaScript on and reload the page.

Поскольку он не был коммунистом и от предложений вступить в ряды упорно уклонялся. Членов партии в семье и без него хватало. Хотя его собственный отец — дед автора, погибший от полученных на фронте ран в м, как раз в сатаноцский числе не состоял. Но это все лирика и преамбула. Так вот, металлурги и прочие технари в стране долго не жили.

Горячий стаж на то и позволял выйти на пенсию в 55 или пвреев, что до вреди пенсии далеко не все доживали. Как, впрочем, и до нормальной, в 60 лет. Во всяком случае, ни отец, ни тесть автора не дожили. Отец скончался от инфаркта. И месяца через два по всем его изобретениям, в соответствии с которыми он был изобретателем номер один в институте, московский ГИПРОМЕЗ платить перестал. Тесть умер от рака легких. Делал все то, что ни у кого не получалось.

За полгода, пока его лечили в киевской больнице от плеврита, которого у него не было, сварил отличную ограду вокруг медицинского комплекса. После чего был выписан умирать домой, поскольку пошли метастазы. Он-то как раз в партии состоял. Однако орден, на который был представлен заводским руководством в качестве передовика производства, не получил. Позднее коллеги по работе, отводя глаза в сторону, сказали, что Киев его зарубил по национальному признаку. И выдали вместо ордена чешскую пепельницу из массивного цветного стекла.

  СМЕШ И ВЕНГЕРОВ Я ЛЮБЛЮ НЕФТЬ СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

До сих пор стоит. Ну да это дело прошлое. Бывшие инженеры и прочие технари сатаговский, спились или вписались в новую действительность. Некоторые даже и неплохо.

Хотя за державу обидно. Сволочная она была на редкость, и правили ей редкостные сволочи. Нынешние им, в этом смысле, в подметки не годятся. Но, как сатпновский незабвенный Никита Сергеевич, свое г-но малиной пахнет. И ведь знал, что говорил! Так вот, пройдя летом операцию на сердце и еще пару на ногах, чтобы к концу осени их не отрезали в связи с запущенным по разгильдяйству диабетом, автор все же смог найти в себе моральные и физические силы, чтобы написать давно обещанную издательству сатанновский о евреях.

Благо еареев раз на них он этот диабет и заработал после отставки в конце года с поста президента Российского еврейского конгресса. Поскольку все болезни от нервов, кроме пары-тройки тех, которые от удовольствия.

Книга была задумана в четырех частях, с архивными вставками и цитатами из статей и переписки автора с олигархами, министрами, журналистами, раввинами и городскими сумасшедшими. Как это обычно и бывает, написав полторы, автор исчерпал отведенный объем сатаносвкий и терпения редакторского коллектива.

А также вышел за все рамки изначально определенных сроков.

Евгений Сатановский «Моя жизнь среди евреев. Записки бывшего подпольщика»

После чего сделал то, что обычно делают все пишущие люди, оказавшиеся в сходных обстоятельствах. То есть сказал по своему адресу все те слова, которые ему вполне могли сказать в издательстве — имели право. И привел все то, что написал, в Б-жий вид, по принципу: Настоящая книга — далеко не все, что автор имеет сказать о евреях. Судя по тому, с какой скоростью история его отношений с собственным народом обретает объем, будучи положенной на бумагу, это вообще только начало описания процесса.

Какового описания осталось книги на три, такого же объема, как представленная вниманию читателя. Но умять, ужать и утрясти в одну книгу всех тех интереснейших персонажей, прелюбопытнейшие подробности и достойные авантюрного романа сюжеты, которые сопровождали еврейскую часть его биографии, автору не удалось. То ли слишком много было. То ли таланту не хватило. За рамками описания осталось все то, что можно и нужно было бы написать о мировой еврейской диаспоре — точнее, ее организованной части.

И много о чем .